Православный святой из племени Мухаммеда

30.08.2012


Это цитата сообщения Иулия Оригинальное сообщение

 

Православный святой из племени МухаммедаПравославный святой из племени МухаммедаВ сонме древних святых Антиохийской Церкви особое место занимает святой мученик Антоний-Равах, живший в конце VIII века в Дамаске. Он был знатным арабом-мусульманином из племени курайш, из которого происходил и основатель ислама Мухаммед. Равах стал свидетелем чуда и, потрясенный, принял крещение, а затем и монашество с именем Антоний. Его история стала столь известной, что сам халиф вызвал его к себе.

 

 

О житиях древних святых Антиохийской Православной Церкви мало известно, поскольку многие из них были преданы забвению  и лишь сравнительно недавно сокровища православного наследия на арабском языке стали вновь доступны для изучения. Среди этих святых особое место занимает святой мученик Антоний-Равах, живший в конце VIII века в Дамаске. Он был знатным арабом-мусульманином из племени курайш, из которого происходил и основатель ислама Мухаммед. Благодаря чуду обратившись в христианство, он принял крещение, а затем и монашество с именем Антоний. Его история стала столь известной, что сам халиф вызвал его к себе и после короткого собеседования о вере приказал казнить – это случилось 25 декабря 799 года.

Его младший современник, епископ Харрана Феодор Абу Курра († 830), знаменитый православный богослов и полемист того времени, писал в своей «Книге о иконах»: «В наше время жил один хорошо известный мученик. Он был родом из знатной мусульманской семьи, и многие знают о его истории. Пусть вспомнит он о нас в молитвах ко Христу! Звали его Антоний. Он рассказывал, что стал христианином из-за чуда, которое видел от иконы святого мученика Феодора».

Пересказываемая из уст в уста и обрастающая новыми подробностями история святого Антония дошла до преподобного Григория Декаполита († 842), который записал ее как «Историческое сказание, весьма полезное и сладчайшее для всех, о видении, которое видел сарацин, уверовал [и стал] мучеником за Господа нашего Иисуса Христа». Были и другие жития мученика Антония, авторы которых неизвестны. Предлагаем перевод одного из них .

Во имя Бога единого, Отца, Сына и Святого Духа.

Сказание о святом Антонии, который стал мучеником в городе Ракка во дни [халифа] Харуна ар-Рашида.

В те времена жил в Дамаске один знатный человек по имени Равах, он обитал в районе Найраб, недалеко от монастыря, посвященного святому мученику Феодору [Тирону]. Сей Равах, происходивший из [арабского] племени курайш, часто приходил в церковь и дерзко похищал святые дары и ел их, разрывал напрестольные облачения, сбрасывал кресты со своих мест и причинял много бед священнику и тем, кто прислуживал за богослужением в церкви святого Феодора. Дом его был обращен в сторону храма, и он следил за всем, что делали христиане, приходившие в воскресный день.

Как-то раз после завершения службы священник закрыл алтарь, опустил завесу, запер двери церкви на замок и пошел к себе [домой]. А курайшит, подойдя, заглянул [через окно] в алтарь и увидел висящую [внутри] икону святого Феодора, [изображенного] верхом на коне и с копьем в руке пронзающим главу огромного змия. Увидев этот образ, курайшит взял лук, натянул его и выпустил стрелу, целясь в икону святого. Но вдруг стрела, [развернувшись], вернулась назад и пронзила руку Раваха, так что наконечник вышел с тыльной стороны ладони. При виде такого чуда Равах ужаснулся и вскрикнул. С усилием выдернул он стрелу из руки и лишился от резкой боли чувств.

Об этом [происшествии] Равах не рассказал никому. Спустя какое-то время наступил день памяти святого мученика Феодора, и в церковь собрались [на праздник] епископ, священники и множество жителей Дамаска. Когда началась Божественная служба, Равах, как обычно, сидел на своем месте, наблюдая за молящимися, за красотой богослужебного чина, слушая прекрасные голоса [певчих].

И тут [во время великого входа] он увидел [несомую] на дискосе жертву в виде агнца, стоящего на коленях, который был белее снега, а над ним [увидел] парящего белого голубя. [Так продолжалось] до тех пор, пока священнослужители не подошли к алтарю. Когда дискос с жертвой и с чашей был поставлен на престол, голубь поднялся и летал над головами священников, которые славили и воспевали Бога. [Затем] наступило время [их] причастия. [Равах] увидел, как агнец был разделен на части и как священники подходили и получали по кусочку [плоти] из рук епископа.

Равах сильно удивился [увиденному] и помыслил в душе своей: «Слава Богу! Велика вера христиан, подлинно – это вера благородная и истинная». Когда люди причастились, он увидел на дискосе, который диакон поднял над головой, что агнец стал целым, как вначале, и голубь парил над ним. И [Равах] был весьма поражен этим. Он быстро спустился со своего места и подбежал к дверям храма, из которых выходили люди по окончании службы. Равах громко сказал священникам и народу: «Христиане, сегодня я увидел великое чудо вашей религии: если ранее я видел, что вы, [как мне казалось], причащаетесь вином и хлебом, то сегодня я видел, что вы принимаете куски плоти и пьете из чаши нечто похожее на кровь! Я потрясен! Поистине велика и благородна ваша религия!»

Священники и [оказавшиеся там] прихожане, услышав эти слова, возблагодарили Христа Спасителя, Который сделал видимым Свое таинство, и вышли с огромной радостью, рассказывая друг другу о том, что поведал им курайшит Равах.

Наступила ночь, но курайшит долго не мог заснуть, размышляя о том [чуде], которое видел своими глазами. А в час крика [первых] петухов ему явился святой Феодор, сидящий верхом на лошади, в доспехах и с оружием. Он, разбудив [Раваха], громко сказал ему: «Своими делами ты прогневал меня: ты осквернял мой алтарь, ты стрелял в мой образ, ты [бесчинно] вкушал [плоть] моего Отца и Господа, ты рвал облачение на моем престоле, ты насмехался над служителями моего храма. Перемени же отныне свои взгляды и крепко уверуй во Христа, оставь беззаконие и обратись к [подлинной] жизни и спасению».

После этих слов святой мученик исчез, а Равах с трепетом размышлял об этом до [позднего] утра. Возгорелась в сердце его вера в Господа нашего Иисуса Христа. Утром он сел на коня, взял немного денег и, оставив все прочее, отправился в место, называемое Кусвах, – оно расположено в десяти милях от Дамаска. И это случилось по Промыслу Христову, так как здесь Равах встретил паломников, направлявшихся в Иерусалим, и пошел с ними. Прибыв в [эти] благословенные места, [Равах] пришел к святейшему Илии, патриарху [Иерусалимскому], и рассказал ему про все, что видел [в храме], и о явлении мученика, и о его словах.

Выслушав его, патриарх возблагодарил Христа и сказал: «Знай, чадо, что величественны таинства Христовы, и Он открывает их тому, кого любит. Чего желаешь ты, чадо?» [Равах] сказал: «Хочу, чтобы ты меня крестил». Патриарх ответил: «Я не могу сделать этого из опасения перед властями. Однако отправляйся вместе с людьми на реку Иордан, и Господь Иисус Христос поможет тебе. Кто-нибудь тебя окрестит тайно».

После этих слов [патриарха Равах] взял у него благословение и сразу направился к Иордану. Пройдя половину пути, он достиг монастыря Пресвятой Богородицы, [называемого также] Хозиб, и так как наступил [уже] вечер, он и остановился на ночлег в храме. А ночью явилась ему Матерь Света – Дева Мария, стала у его изголовья и разбудила [Раваха]. И увидел он Совершеннейшую из жен, облаченную в пурпур, и с Нею была еще одна жена, одетая в белое. [Богородица] взяла Раваха за руку и сказала: «Не печалься, Я с тобой».

Утром [Равах] помолился у святого храма; с великой радостью продолжил свой путь, [и ехал], пока не достиг Мертвого моря. Там он искал епископа монастыря Хор, и ему ответили, что тот в монастыре святого Иоанна Крестителя. И он отправился дальше, пока не достиг у реки Иордан места, где крестился Господь наш Иисус Христос. Здесь [курайшит] увидел двух монахов, шедших по берегу.

Равах поспешил к ним с просьбой крестить его во имя Отца, Сына и Святого Духа. Они согласились и сказали: «Сними одежды свои и войди в воду». Тот день был очень холодный, но он сделал это с великой радостью и ликованием. И когда [после крещения] он вышел из воды, они осенили его крестным знамением и пригласили в свой монастырь, [стоявший] на берегу реки, приняли его с [большим] гостеприимством и почетом. [Пожив с ними], он изъявил желание стать монахом, и они постригли его в монашество и сказали: «Отныне твое имя Антоний». Они облекли его в святую схиму и отпустили с миром Христовым. Сей благословенный [муж] вернулся в Дамаск, желая показаться своему народу и своим родным в монашеском одеянии.

Когда они увидели его, то изумились и спросили: «Что ты сделал с собою, и что это за одежда на тебе?» Он ответил: «Я христианин, верующий в Господа моего Иисуса Христа. Чего же вы хотите?» Тогда они принялись убеждать его и спорили с ним весь день, но так и не смогли отвратить от веры во Христа. [Увидев свою неудачу], они силой повели его на рынок Дамаска и привели к судье.

[К тому времени], когда судья увидел его, [уже целая] толпа мусульман и других [жителей] следовала за ним. [Судья] сказал: «Горе тебе, Равах! Почему ты оставил веру, в которой родился, презрел свое благородное происхождение и стал неверным христианином?» Святой Антоний ответил ему: «Все это – из-за согласия принять моего Господа Иисуса Христа. Делай со мною, что хочешь». Услышав такое, судья приказал избить [святого] и бросить его в тюрьму, что и было исполнено. Семь месяцев прожил Антоний в заключении, а затем его поместили в темницу, бросив в одно место с эфиопами, ворами и грабителями. Здесь он провел 17 дней, не видя света.

А после 17 ночей вдруг воссиял во тьме свет, который осветил всю темницу, и раздался голос, сказавший: «Не бойся, Антоний, тебя ожидает [один] венец с мучениками и праведниками». Другие заключенные видели этот свет и рассказали надзирателю, а тот пошел и сообщил судье. Когда судья услышал об этом, то удивился и повелел вывести [Антония] из темницы и посадить в тюрьму с подобными ему [по знатности] курайшитами и арабами. Те беспокоили его спорами, насмехались над его словами и ругали за [принятие] христианской веры. Но Христос помогал [мученику] и вкладывал в его ум доводы против их нападок.

Наступила ночь, и перед рассветом [Антоний] увидел двух облаченных в белое старцев, один из которых держал светильник со множеством ламп, горевших без масла, а другой держал венец. И [сей старец] возложил венец на главу мученика. Святой весьма возрадовался такому видению.

А когда рассвело, судья приказал вывести его [из тюрьмы] и перевезти в город Халеб; оттуда его переправили к Евфрату, а затем в Ракку. Здесь [Антония] передали правителю по имени Хартама, который запер его в очень тесной камере городской тюрьмы.

Весть об этом деле дошла до [халифа] Харуна ар-Рашида, который приказал освободить его от цепей и привести к нему. Когда Харун ар-Рашид увидел [Антония], то сказал: «Горе тебе, благородный Равах! Что заставило тебя сделать с собою то, что ты сделал? И что это за одежда на тебе? Может быть, тебе нужны динары? Я улучшу твое положение, и ты будешь изобиловать благами. Откажись от этого образа мыслей и не заблуждайся».

Блаженный ответил: «Нет, поистине меня не ввели в заблуждение, ибо я уверовал и познал Господа Иисуса Христа, пришедшего в мир; Он – свет и спасение для каждого, кто ищет [Его] и жаждет Его благосклонности. Теперь я – христианин, верующий в Отца, Сына и Святого Духа».

Как только ар-Рашид услышал эти слова, он приказал отрубить ему голову.

Святой же сказал [халифу]: «Поистине сегодня ты исполнил мое желание, поскольку я троекратно согрешил пред Господом и, полагаю, от этих грехов очищусь только через отсечение моей головы». Ар-Рашид спросил: «Что же это за три греха?»

Антоний ответил: «Первый грех – то, что я, когда был язычником, молился в Каабе, в Запретной Мечети, которая справедливо называется так, потому что посещение ее запрещено Богом для тех, кто верит во Христа. Второй грех – то, что закалал жертв в День жертвоприношения. А третий грех – то, что я ходил в походы против византийцев и убивал верующих в Господа моего Иисуса Христа. Так что, надеюсь, Бог простит мне [все] это после отсечения моей головы и крестит меня моей кровью».

После этих слов по приказу халифа ему отрубили голову из-за веры в Господа нашего Иисуса Христа. Тело [мученика] повесили на берегу Евфрата, и [халиф] велел стеречь его, не допуская, чтобы какой-либо христианин приближался к нему. И стражники видели каждую ночь огонь и столп света, сходящий с неба на тело [святого Антония], и весьма дивились, и уверовало во Христа множество народа из тех, кто видел это видение.

Тогда [Харун ар-Рашид] приказал снять тело и похоронить недалеко от Евфрата, в месте, называемом «Монастырь оливковых деревьев». Мученичество святого Антония произошло в день Рождества [Христова], после окончания литургии, в год 183-й эпохи правления арабов.

Да помилует нас Господь и Бог наш молитвами святого Антония и да подаст нам терпения.

Мученичество святого Антония-Раваха
Перевел с арабского Андрей Чистяков
Перевод сделан по: Storia di Rawh al-Qurasi. Torino, 2001. P. 95–115.